Кичке теләк

Мин язам, шунда күрәм: лампам эчендә май кими;
Алда кәгазьгә ташыйлар — күңлемә уйлар сыймый.

Якты беткәнчә языйм дип, сызгалыйм тиз-тиз генә,
Кәгазь өстендә кала тик кәкре-бөкре эз генә.

Нокталар да төртмимен, керсә ярар, дип, киртәгә —
Мин үзем сызганны бик яхшы таныйм, дип, иртәгә.

Күп тә үтмәстән, утым ялт-йолт итә һәм селкенә,
«Гөлт!» итеп актык нурын бер күрсәтә, аннан сүнә.

Нишлисең? Һәр якта золмәт. Ихтыярсыздан ятам;
Мин, ятып, яткан җиремдә төрле уйларга батам.

Мин, караңгылык эчендә уйланып яткан көйгә,
Нечкәреп күңлем, җылыйм да бер сүз әйтәм лампага:

«Ни бәхет! — дим, — иртәгә кич син тагын да янмасаң,
Бу ятыштан мин дә мәхшәр җитмичә кузгалмасам!»

Золмәт — караңгылык.
Мәхшәр — ислам мифологиясендә дөнья беткәннән соң (кыямәт көнендә), каберләрдән кубарылып чыккан барлык җан иясенең бергә җыелу урыны, көне.
(«Кичке теләк». — «Җан азыклары»нда (1912) басылган. Текст шуннан алынган.
(Чыганак: Әсәрләр: 6 томда/Габдулла Тукай. – Академик басма. 2 т.: шигъри әсәрләр (1909-1913)/ төз., текст., иск. һәм аңл. әзерл. З.Р.Шәйхелисламов, Г.А.Хөснетдинова, Э.М.Галимҗанова, З.З.Рәмиев. – Казан: Татар. кит. нәшр., 2011. – 384 б.)).

Перевод стихотворения Габдуллы Тукая «Кичке теләк» (1912) на русский язык:

Габдулла Тукай. Вечерняя дума (Перевод Вероники Тушновой)

Керосина в лампе мало, пахнет гарью, меркнет свет;
Льются мысли на бумагу тесно в сердце — места нет.

Я скриплю пером поспешно, каждым мигом дорожу,
На бумаге след корявый сам никак не разгляжу.

Я пишу не ставя точек, я доверился перу,
Все равно свое писанье завтра утром разберу.

Но недолго мне трудиться: огонек в последний раз
Ярко вспыхнул на мгновенье, заметался и погас.

Что мне делать? Обступает темнота со всех сторон,
И лежу я на постели, в размышленья погружен.

Предаюсь я разным думам, нелегки мне думы те.
Старой лампе со слезами говорю я в темноте:

— Ах, какое счастье, если б не зажглась ты никогда!
Если б мне не встать с постели вплоть до страшного суда!

(Из сборника: Тукай Г. Избранное: Стихи и поэмы/Габдулла Тукай; Сост. Г.М.Хасанова, С.В.Малышев. – Казань: Татар. кн. изд–во, – 2006. – 192  с.).

Перевод стихотворения Габдуллы Тукая «Кичке теләк» (1912) на русский язык:

Габдулла Тукай. Вечерняя дума (Перевод Нияза Ахмерова)

Меркнет лампа моя.
Ей гореть уж становится нечем.
Умирает огонь.
Пахнет гарью мой поздний покой.
Тесно в сердце моем.
Льются думы потоком отметин,
На бумагу спешат
Неразборчивой темной строкой.

Уж не вижу я строк,
А перо все бежит торопливо.
Я потом разберу.
А сейчас — как же дорог мне миг!
Дрогнул, вспыхнул огонь,
Заметался, забился пугливо...
Гаснет лампа моя!
Темнота обнажила свой лик.

Что ж поделать?
Я лег.
Только мысли мучительно длятся.
Лампе старой моей
Со слезами я молвил тогда:
«Не горел бы твой свет!
Да и мне бы вовек не подняться!
До кончины веков,
До последнего в мире суда!»

(Из сборника: Тукай Габдулла Стихотворения/Перевод Н.У.Ахмерова. — Казань: Тан-Заря, 1996. — 32 с.).

Перевод стихотворения Габдуллы Тукая «Кичке теләк» (1912) на русский язык:

Габдулла Тукай. Вечернее желание (Перевод Венеры Думаевой-Валиевой)

Я пишу и вижу: в лампе масла мало – хоть туши.
Предо мною на бумагу мысли льются из души.
Я спешу, черкаю быстро, чтоб успеть до темноты,
На бумаге остаются лишь неровные следы.
Тороплюсь, не ставлю точек, лишь вместила б всё строка,
Мол, назавтра свой же почерк разберу наверняка.
Через несколько мгновений свет мигнул и задрожал,
Ярко вспыхнул напоследок на прощанье и пропал.
Что поделать? Обступает темнота со всех сторон,
Я лежу и поневоле в размышленья погружён.
Так лежу один во мраке с переполненной душой
И, не выдержав, заплачу. К лампе с речью я такой:
«То-то счастье: завтра снова не засветишь ты. Тогда
Я не сдвинусь тоже с места вплоть до Страшного Суда».

(Из сборника: Избранное/Габдулла Тукай; Перевод с татарского В.С.Думаевой-Валиевой. — Казань: Магариф, 2006. — 239 с.).